Симптом хачатуряна

Дискоидная красная волчанка: клинические рекомендации, протоколы лечения

Симптом хачатуряна

Высыпания при ДКВ локализуются преимущественно на открытых участках тела, чаще всего – на лице, особенно на носу, щеках, лбу, ушных раковинах. Волосистая часть головы является частой, а иногда и единственной локализацией заболевания, особенно у женщин. Кожа груди и спины поражается реже. Локализация очагов на кистях является довольно редкой, особенно при их изолированном поражении.

В течении заболевания выделяют три стадии развития патологического процесса:

  1. эритематозная;
  2. инфильтративно-гиперкератотическая;
  3. рубцово-атрофическая.

Начальные проявления ДКВ обычно представлены резко очерченными розоватыми шелушащимися пятнами (эритематозная стадия). Затем они постепенно увеличиваются в размерах, на их поверхности появляются мелкие серовато-белые чешуйки. Очаг превращается в эритематозную бляшку, покрытую роговыми, плотно сидящими чешуйками.

Бляшки могут сливаться между собой с образованием более крупных эритематозно-инфильтративных очагов, покрытых плотно сидящими беловатыми чешуйками (инфильтративно-гиперкератотическая стадия).

При насильственном удалении чешуек на их нижней поверхности отчетливо видны роговые шипики, которыми они были внедрены в устья волосяных фолликулов или сальных желез («симптом дамского каблучка», «канцелярской кнопки»). Формирование роговых шипиков обусловлено фолликулярным гиперкератозом. Удаление чешуек болезненно (симптом Бенье-Мещерского).

Для клинической картины заболевания характерно наличие сально-роговых пробок в ушных раковинах, напоминающих поверхность наперстка (симптом Хачатуряна).

В процессе разрешения воспалительных явлений после исчезновения эритемы и инфильтрации наступает третья (рубцово-атрофическая) стадия.

В очагах ДКВ образуются три зоны: в центре – рубцовая атрофия, вокруг нее – фолликулярный гиперкератоз, по периферии очагов – зоны телеангиэктазии, пигментация или депигментация.

Формируется классическая для ДКВ триада симптомов – эритема, фолликулярный гиперкератоз и рубцовая атрофия.

Могут отмечаться особенности клинической картины ДКВ в зависимости от локализации очагов поражения.

Для очагов поражения на лице типична форма бабочки с распростертыми крыльями, закрывающими нос и обе щеки. Эти очаги поражения могут быть эритематозными, напоминающими ожог, покрытыми мелкими тонкими чешуйками или плотными чешуйками больших размеров. Симметричное расположение высыпаний на лице встречается довольно часто.

На волосистой части головы начальные проявления заболевания сходны с таковыми при себорейной экземе, но отличаются от нее выраженным фолликулярным гиперкератозом.

Обычно эритематозное поражение увеличивается в размерах, кожа в центре его бледнеет, истончается, становится блестящей. В очагах поражения формируется рубцовая атрофия с развитием стойкой рубцовой алопеции.

По периферии очага остается эритематозная зона с типичными тонкими чешуйками. В очагах рубцовой алопеции, вызванной ДКВ, может развиваться плоскоклеточный рак.

Встречающиеся редко высыпания на кистях представлены мелкими округлыми или овальными очагами застойного красного цвета, обычно без признаков шелушения и атрофии. Иногда в их центре имеется легкое западение с явлениями атрофии и телеангиэктазий.

В редких случаях у больных ДКВ может развиваться поражение ногтей, которые теряют блеск, становятся ломкими, утолщаются, приобретают желтоватый или грязно-серый цвет.

Рост ногтевых пластин прекращается, процесс может закончиться значительной деформацией и даже мутиляцией ногтей.

Высыпания на слизистой оболочке полости рта при ДКВ встречаются редко и обычно сочетаются с кожными проявлениями заболевания. Поражаются слизистая оболочка щек, твердое и мягкое небо, десны, язык.

Очаги поражения представлены резко очерченными высыпаниями красного или красновато-синюшного цвета, незначительно возвышающимися над окружающими тканями, с белесоватым или слегка атрофическим запавшим центром с многочисленными беловатыми нежными точками и полосами, а также телеангиэктазиями.

Они могут также проявляться яркой отечной эритемой, склонной к эрозированию или изъязвлению. Субъективно больных беспокоит чувство жжения и болезненность при приеме пищи.

К особенностям ДКВ на красной кайме губ относят развитие вторичного гландулярного хейлита.

Высыпания локализуются чаще на нижней губе в виде эритемы, отека, гиперкератоза, трещин, обильных наслоений с плотно сидящими чешуйками или корочками.

Их снятие
сопровождается разрывом эпидермиса с образованием болезненных трещин, кровоточащих эрозий. Очаги нередко распространяются на соседние участки кожи, а также на слизистую оболочку полости рта.

Распространенная (диссеминированная) форма ДКВ отличается от ограниченной формы большим количеством эритематозно-сквамозных очагов. Чаще поражаются открытые участки кожного покрова, но такие же элементы могут наблюдаться на груди и спине.

При диссеминированной форме заболевания высыпания могут располагаться на разгибательной поверхности кистей и предплечий, не распространяясь на область межфаланговых суставов.

Наряду с четко очерченными элементами могут присутствовать пятна неправильной формы, с расплывчатыми границами, красного или бурого цвета. Также могут наблюдаться периваскулярная эритема ногтевого валика и телеангиэктазии.

Больные нередко предъявляют жалобы на умеренное повышение температуры тела, боли в суставах, слабость. При распространенной форме ДКВ возрастает вероятность трансформации в СКВ.

Помимо типичной различают другие клинические формы заболевания

Центробежная эритема Биетта (LE centrifugum superficialis) является поверхностным вариантом кожной формы КВ и отличается отсутствием или малой выраженностью фолликулярного гиперкератоза и рубцовой атрофии.

Характерны небольшое шелушение, точечные геморрагии, четкие границы, симметричность, рецидивирующий характер. Очаги обычно локализуются в средней зоне лица и напоминают бабочку. Эта форма наблюдается примерно у 3% больных ДКВ и 75% больных СКВ.

Клинически близка к центробежной эритеме Биетта розацеаподобная КВ, при которой на фоне эритемы возникают множественные мелкие папулы, но без пустул.

Глубокая КВ (LE profundus, глубокая волчанка Капоши-Ирганг) встречается редко, проявляется одним или несколькими узлами в подкожной клетчатке. Кожа нормальной окраски или синюшно-красного цвета.

Очаги глубоко расположены, безболезненны, резко отграничены, от 2 до 10 см в диаметре, как правило, локализуются на коже лба, щек, плеч, бедер и ягодиц. Глубокая форма КВ у 30% больных сочетается с дискоидной КВ.

Антинуклеарные антитела выявляются у 60–70% больных, иммунофлуоресцентный анализ у 50% больных выявляет отложение иммуноглобулинов. После регрессирования очагов остаются глубокие атрофические изменения. Возможна кальцификация.

Папилломатозная КВ (LE papillomatosus s. verrucosus). Редкая форма КВ с локализацией на кистях и волосистой части головы напоминает бородавчатый красный плоский лишай. Ее очаги, покрытые роговыми наслоениями, приобретают бородавчатый характер и возвышаются над окружающей кожей. Рассматривается как признак злокачественной трансформации.

Гиперкератотическая КВ (LE hyperkeratototicus) близка к папилломатозной. Очаги выглядят гипсовидными (LE gypseus) или напоминают кожный рог (LE corneus). Эту форму также считают начальной стадией рака.

Опухолевая КВ (LE tumidus) – очень редкая форма заболевания. Гиперкератоз выражен слабо, очаги отечны, значительно возвышаются над уровнем окружающей кожи, синюшно-красного цвета, покрыты множественными рубчиками.

Дисхромическая KB (LE dyschromicus) отличается депигментацией центральной зоны и гиперпигментацией периферической зоны очагов поражения.

Пигментная КВ (LE pigmentosus) представлена пигментными пятнами с незначительно выраженным фолликулярным гиперкератозом.

Телеангиэктатическая КВ (LE teleangiectaticus) – очень редкая форма заболевания, проявляющаяся сетчатыми очагами расширенных сосудов.

При наличии у больного себореи очаги КВ покрываются массивными рыхлыми желтоватыми чешуйками (LE seborrhoicus).

При сходстве клинической картины КВ с туберкулезной волчанкой выделяют такую ее форму, как LE tuberculoides; при наличии кровоизлияний в очагах поражения – LE hemorrhagicus. Казуистически редко на очагах КВ могут возникать буллезные элементы (LE bullosus), иногда сгруппированные, как при герпетиформном дерматите Дюринга (LE herpetiformis).

Источник: https://bz.medvestnik.ru/nosology/Diskoidnaya-krasnaya-volchanka.html/recomendations/diagnostics

Лицензия

Симптом хачатуряна

Красная волчанка (lupus erythematosus, эритематоз, рубцующийся эритематоз) – заболевание из группы болезней соединительной ткани (коллагенозов).

Этиология и ключевые звенья патогенеза

Красная волчанка (КВ) регистрируется на всех континентах, но среди белых значительно чаще, чем у негроидов. У женщин чаще, чем у мужчин. Наиболее ранимый возраст – от 20 до 40 лет. Встречаются семейные случаи, придается значение ассоциации КВ с HLA A1, A2, A10, A11, A18, B7, B8.

HLA B7 регистрируется у мужчин и женщин  ранним (15-39 лет) началом, B8 –  у женщин с поздним (после 40 лет) началом дискоидной красной волчанки (ДКВ), которая в 5% случаев переходит в системную красную волчанку (СКВ).

Факторами риска являются профессии, связанные с длительным пребыванием на солнце, морозе, ветре (работники сельского хозяйства, рыбаки, строители), тип кожи (блондины и рыжие), наличие лекарственной непереносимости, хронической очаговой инфекции.

По современным представлениям, патогенез красной волчанки является сложным, включающим участие иммунных, генетических, метаболических, нейроэндокринных и экзогенных факторов. Провоцирующими активаторами могут быть инфекции, УФО, лекарственные воздействия.

У больных КВ обнаруживают угнетение Т-клеточного звена и повышение И-клеточного звена иммунной системы, высокий уровень IgA, M, G, циркулирующих иммунных комплексов, антител против ДНК и РНК, клетки красной волчанки (ЛЕ-клетки). Образование ЛЕ-клеток обусловлено появлением у больных особого антиядерного «волчаночного фактора», или ЛЕ-фактора.

Он представляет собой иммуноглобулин класса IgG с константой седиментации 7S, являющийся антителом к нуклеопротеиду. Повреждение кожи вызвано отложением на границе дермы и эпидермиса иммунных комплексов, которые фиксируют комплемент с образованием мембраноатакующего комплекса. Определенную роль играют цитотоксические лимфоциты, несущие маркер CD3.

Классификация

Общепринятой классификации КВ не существует. Обычно различают две основные формы болезни: дискоидную (ограниченную и диссеминированную) и системную (острую, подострую, хроническую). При ограниченной КВ на коже наблюдается 1-3 очага, при дессиминированой – свыше 3.

Между дискоидной и системной КВ имеется патогенетическая близость; в 2-7% случаев возможен переход из дискоидной в системную КВ.

Клиническая картина

Для клинической картины ДКВ характерно наличие классической триады симптомов – эритемы, фолликулярного гиперкератоза и рубцевидной атрофии.

Очаги поражения локализуются преимущественно на открытых участках тела, чаще всего – на лице, особенно на носу, щеках, лбу, ушных раковинах. Кожа груди и спины поражается реже.

Симметричное расположение высыпаний на лице встречается довольно часто, но не является правилом. Очень типичная форма бабочки или летучей мыши с распростертыми крыльями, закрывающими нос и обе щеки.

«Бабочки» могут быть эриматозными, напоминающими ожог, покрытыми мелкими тонкими чешуйками или плотными чешуйками больших размеров.

Волосистая часть головы является частой, а иногда и единственной локализацией КВ, особенно у женщин. В большинстве случаев встречается эритематозно-фолликулярная форма с насыщенно-красной поверхностью очагов поражения.

Покрытые нежными тонкими чешуйками с сохранившимися волосами, они имеют значительное сходство с псориатической бляшкой. Обычно эритематозное поражение расширяется, волосы в центре его исчезают; кожа бледнеет, истончается, становится блестящей и атрофичной.

По периферии очага остается эритематозная зона с типичными тонкими чешуйками.

Локализация очагов на кистях является довольно редкой, особенно при их изолированном поражении. Клинически такие высыпания представлены мелкими округлыми или овальными очагами застойного красного цвета, обычно без признаков шелушения и атрофии.

Лишь иногда имеется легкое западение в центре их с явлениями атрофии и телеангиэктазий. В редких случаях у больных КВ отмечены поражения ногтей: они теряют блеск, становятся ломкими, утолщаются приобретают желтоватый или грязно-серый цвет.

Рост ногтевых пластин прекращается, процесс может закончиться значительной деформацией и даже мутиляцией ногтей.

Достаточно часто поражается красная кайма губ, особенно нижней, значительно реже – слизистая полости рта. Считают, что высыпания на слизистых обычно бывают вторичными, сопутствующими кожным проявлениям болезни. Возможно, что они могут быть первичными, но правильный диагноз в таких случаях ставится лишь с появлением характерных элементов на коже.

На губах вначале отмечается только более интенсивное покраснение каймы, затем присоединяются явления инфильтрации, поверхность выглядит отечной, теряет присущий ей блеск, становится матовой, несколько морщинистой, с трещинами и плотно сидящими чешуйками или корочками.

Их снятие сопровождается разрывом эпидермиса с образованием болезненных трещин, кровоточащих эрозий и даже язв.

Локализация во рту встречается далеко не у каждого больного. В таких случаях обычно поражается слизистая щек, затем твердое небо, десны, язык.

Клинически высыпания представлены воспалительными бляшками красного или красновато-фиолетового цвета, резко ограниченными от здоровой слизистой, с несколько возвышенными краями и слегка запавшим центром. На поверхности центральной части бляшки мугт быть эрозии,  покрытые желтоватыми, трудноснимаемыми налетами.

При другом клиническом варианте наблюдается гладкая атрофическая синюшная поверхность центральной части очагов поражения с многочисленными беловатыми нежными точками и полосами, а также телеангиэктазиями.

Диагноз, особенно при локализации высыпаний на лице в области спинки носа с переходом на скуловые области в виде так называемой «бабочки», не представляет затруднений. Однако эти признаки могут быть неравномерно выражены, что существенно затрудняет клиническую диагностику.

В течение заболевания можно выделить три стадии развития процесса: эритематозную, инфильтративно-гиперкератотическую и рубцово-атрофическую.

Начальные проявления ДКВ обычно представлены резко очерченными розоватыми шелушащимися пятами. Затем они постепенно увеличиваются в размерах, на их поверхности появляются мелкие серовато-белые чешуйки. Очаг превращается в эритематозную бляшку, покрытую роговыми, плотно сидящими чешуйками.

Бляшки могут сливаться между собой с образованием более крупных эритематозно-инфильтративных очагов, покрытых плотно сидящими беловатыми чешуйками (инфильтративно-гиперкератотическая стадия).

Формирование роговых шипиков обусловлено наличием гиперкератоза, поэтому этот патогномоничный для дискоидной КВ процесс получил название фолликулярного гиперкератоза.

При насильственном удалении чешуек на их нижней поверхности отчетливо видны роговые шипики, которыми они были внедрены в устья волосяных фолликулов или сальных желез (симптом «дамского каблучка», «канцелярской кнопки»). Удаление чешуек болезненно (симптом Бенье-Мещерского). Для клинической картины КВ характерно наличие сально-роговых пробок в ушных раковинах, напоминающих поверхность наперстка (симптом Хачатуряна).

В процессе разрешения воспалительных явлений после исчезновения эритемы и инфильтрации наступает третья (рубцово-атрофическая) стадия. В очагах ДКВ формируются три зоны: в центре – рубцовая атрофия, вокруг нее – фолликулярный гиперкератоз, по периферии очагов видны зоны телеангиэктазии, пигментация или депигментация.

На волосистой части головы начальные проявления сходны с таковыми при себорейной экземе, но отличаются от нее выраженным фолликулярным гиперкератозом, после разрешения которого развиваются рубцово-атрофические процессы и стойкое облысение. Поражение волосистой части головы при КВ наблюдается у женщин в 2 раза чаще, чем у мужчин.

При хронической рубцовой алопеции, вызванной КВ, иногда возникает плоскоклеточный рак.

Распространенная (диссеминированная) форма ДКВ отличается от ограниченной большим количеством эритематозно-сквамозных очагов и некоторыми клиническими особенностями.

Так, наряду с четко очерченными элементами присутствуют пятна неправильной формы, с расплывчатыми границами, синюшно-красная волчанка, болезни кожи красного или бурого цвета. Чаще поражаются открытые участки кожного покрова, но такие же элементы наблюдаются на груди и спине.

Больные нередко жалуются на умеренное повышение температуры, боли в суставах, слабость. При распространенной форме ДКВ возрастает вероятность трансформации в СКВ.

Проявления КВ в полости рта и на красной кайме губ могут быть длительное время изолированными. Выделяют 3 клинические формы (по Б.М. Пашкову и соавт.): эрозивно-язвенную, экссудативно-гиперемическую, типичную. Высыпания локализуются чаще на нижней губе в виде эритемы, отека, гиперкератоза, трещин, обильных наслоений чешуйко-корок.

Очаги нередко переходят на соседние участки кожи, а также на слизистую рта (по типу эксфолиативного хейлита или экземы). К особенностям КВ на красной кайме губ относят развитие вторичного гландулярного хейлита, который встречается у 25% больных при эрозивно-язвенной форме.

Изолированные очаги в полости рта являются казуистикой: их можно обнаружить по линии смыкания зубов, на небе, деснах в виде резко очерченных высыпаний красного или красновато-синюшного цвета, незначительно возвышающихся над окружающими тканями, с белесоватым или слегка атрофическим центром.

Они могут также проявляться в виде яркой отечной эритемы, склонной к эрозированию или изъязвлению. Субъективно больных беспокоит чувство жжения и болезненность при приеме пищи. Высыпания в полости рта обычно сочетаются с другими кожными проявлениями.

Профилактика

Профилактика (вторичная) заключается в защите кожи от солнечного облучения и трудоустройстве, исключающем работу под открытым небом.

Источник: https://xn--80aefeaxzz9d.xn--p1ai/service/dermatology/114

Системная красная волчанка, развившаяся после посещения солярия

Симптом хачатуряна

Авторы:

  • И. В. Хамаганова Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова, Москва, Россия, 117997
  • О. Н. Померанцев Московский научно-практический центр дерматовенерологии и косметологии Департамента здравоохранения Москвы, Москва, Россия, 119071
  • О. О. Мельниченко Московский научно-практический центр дерматовенерологии и косметологии Департамента здравоохранения Москвы, Москва, Россия, 119071

DOI: 10.17116/klinderma201514238-41

Журнал: Клиническая дерматология и венерология. 2015;14(2): 38-41

Просмотрено: 2142 Скачано: 643

В настоящее время не вызывает сомнений негативное воздействие пребывания в солярии на здоровье человека [1—8]. Изучают ближайшие и отдаленные последствия воздействия ультрафиолетового облучения (УФО). Так, ближайшие включают эритему, ятрогенный ксероз, зуд и пигментацию кожи. К отдаленным последствиям относят развитие злокачественных новообразований кожи и фотостарение.

Соотношение спектров УФ-лучей, А и В (УФА и УФВ) определяет преимущественное воздействие на кожу. Лучи УФВ длиной 280—320 нм проникают достаточно поверхностно, вызывают замедленный загар (48—72 ч).

Лучи УФА длиной 320—400 нм проникают глубоко, вызывают немедленный загар (12—24 ч) и повреждение тканей за счет активации свободно-радикальных процессов, а также прямого повреждающего воздействия на ДНК клеток [1].

При разработке австралийско-новозеландских стандартов и нормативных актов по использованию солярия австралийское общество по радиационной защите и ядерной безопасности провело исследование в соляриях с целью изучения интенсивности и спектрального распределения УФО. Было показано, что посетители соляриев подвергаются более интенсивному облучению УФА и УФВ, чем при солнечной инсоляции, что представляет потенциально высокий риск для здоровья [2].

Исследование состояния здоровья женщин, проведенное в Швеции, показало, что солнечная инсоляция приводит к снижению общей смертности и смертности от рака, а искусственное облучение — к повышению тех же показателей [3].

Представлены убедительные доказательства роста заболеваемости меланомой после посещения соляриев, обоснована необходимость ограничения использования искусственного УФО [4]. Также не вызывает сомнений увеличение заболеваемости другими видами рака кожи, связанное с естественным и искусственным УФО [5].

Показано, что наибольшую опасность представляет УФО, полученное в детском и юношеском возрасте, обоснована необходимость запрета на использование соляриев до 18 лет [6—8].

Помимо рака кожи, было описано развитие lichenstriatusу двух женщин, регулярно посещавших солярий [9].

Среди заболеваний, в развитии которых определенная роль принадлежит фотосенсибилизации, особое место занимает красная волчанка (СКВ), для которой характерна неконтролируемая продукция антител, образующих иммунные комплексы, обусловливающие различные признаки болезни, особенно поражение почек и центральной нервной системы (ЦНС). Вероятно, лимфоцитотоксические антитела могут принимать участие в истощении определенных подгрупп лимфоцитов, например, селективно удалять субпопуляцию Т-супрессоров.

Среди множества антител при СКВ основная роль принадлежит антителам к ДНК, образующим с антигенами циркулирующие иммунные комплексы, которые повреждают органы и ткани.

Циркулирующие иммунные комплексы откладываются в субэндотелиальном слое базальной мембраны сосудов многих органов.

Отложившиеся в тканях иммунные комплексы вызывают воспалительную реакцию, активируя комплемент, миграцию нейтрофилов, высвобождая кинины, простагландины и другие повреждающие вещества.

Фотосенсибилизация — частый и важный признак СКВ, наблюдается у 30—60% больных кожной формой заболевания, является одним из диагностических критериев Р.А. Характерна локализация преимущественно на открытых участках кожи.

В настоящее время показана чувствительность пациентов как к УФА, так и к УФИ, подтвержден также факт обнаружения антител к ДНК, денатурированной ультрафиолетом, у больных СКВ.

Солнечная инсоляция может как предшествовать развитию заболевания, так и вызывать экзацербацию [9—15]. Приводим собственное наблюдение.

Пациентка Ч., 32 лет, впервые обратилась с жалобами на высыпания на коже волосистой части головы, лица, ушных раковин, сопровождающиеся умеренным периодическим зудом.

Считает себя больной последние 4 года: заболевание началось с высыпаний на коже лица, что она связывала с еженедельным посещением солярия в холодное время года в течение 2 лет. Амбулаторно пациентке был поставлен диагноз аллергического дерматита, рекомендовано применение мази, содержащей гидрокортизона бутират.

Процесс продолжал распространяться, возникли очаги на волосистой части головы. Направлена на консультацию в Московский научно-практический центр дерматовенерологии и косметологии.

В анамнезе отсутствовали указания на какие-либо наследственные заболевания, перенесенный туберкулез, инфекции, передаваемые половым путем. Аллергологический анамнез также не отягощен. Ранее перенесла детские инфекции, ОРВИ. В анамнезе три беременности, закончившиеся родами. Дети пациентки здоровы, их развитие соответствует возрасту.

Патологический процесс на коже носит распространенный воспалительный характер, локализуется на коже волосистой части головы, лица, ушных раковин, представлен округлыми очагами застойно-красного цвета, размером от 0,5 до 2 см диаметром, в центре которых отмечается рубцовая атрофия, умеренно выраженная инфильтрация, телеангиэктазии (рис. 1, 2). На коже в области наружного слухового прохода визуализируются мелкоточечные углубления с фолликулярным кератозом, напоминающие поверхность наперстка. На коже волосистой части головы высыпания округлой формы, размером 2—2,5 см в диаметре, с блестящей атрофичной поверхностью, в пределах которой отмечаются телеангиэктазии, рубцовая алопеция (рис. 3). Отмечаются признаки смешанного дермографизма. Ногтевые пластины кистей и стоп, области суставов, видимые слизистые визуально не изменены.

Рис. 1. Очаги поражения на лице и ушной раковине слева.

Рис. 2. Очаг поражения на лице и ушной раковине справа.

Рис. 3. Очаги поражения на волосистой части головы.

В общем анализе крови: снижение содержания гемоглобина до 115 г/л, лейкоцитов до 3,3·109 /л, повышение СОЭ до 32 мм/ч.

LE-клетки не обнаружены. Титр антиперинуклеарного фактора — менее 1:10.

Концентрация антител к двухцепочечной ДНК — 30 000 МЕ/мл.

Таким образом, из 11 диагностических критериев СКВ Американской ассоциации ревматологов (1982 г. пересмотра) [10] у пациентки имеются следующие: дискоидная сыпь, гематологические нарушения, иммунологические нарушения, фотосенсибилизация.

Сочетание четырех диагностических признаков делает диагноз СКВ достаточно достоверным. Кроме того, у пациентки имеются характерные для различных форм заболевания клинические признаки: рубцовая алопеция, фолликулярный гиперкератоз в ушных раковинах (симптом Хачатуряна), телеангиэктазии.

В дальнейшем пациентка была направлена на консультацию и лечение в Научно-исследовательский институт ревматологии.

Таким образом, в представленном нами наблюдении регулярное посещение солярия предшествовало развитию СКВ. В результате фотосенсибилизации возникли очаги поражения на коже лица, сопровождавшиеся зудом.

Обращает на себя внимание тот факт, что пациентка с ведущими симптомами СКВ (эритема, фолликулярный гиперкератоз и рубцовая атрофия) и дополнительными (инфильтрация, телеангиэктазии) в очагах на открытых участках кожного покрова, отсутствием терапевтического эффекта при использовании топического глюкокортикоида в течение 4 лет наблюдалась по поводу аллергического дерматита, и дерматологом по месту жительства не было назначено никаких дополнительных исследований. Между тем при развитии патологического процесса после солнечной инсоляции и/или посещения солярия необходимо провести комплекс дополнительных исследований, включающих общий анализ крови, иммунологическое обследование, консультацию ревматолога.

Авторы выражают признательность профессору А.Н. Львову за оказанную помощь в работе.

Источник: https://www.mediasphera.ru/issues/klinicheskaya-dermatologiya-i-venerologiya/2015/2/561997-28492015026

Наиболее типичные признаки некоторых дерматозов и венерических заболеваний (симптомы, феномены и пр.)

Симптом хачатуряна

ПСОРИАЗ. Псориатическая триада:

 1. Феномен «стеаринового пятна» -обильное шелушение мелкими пла­стинками с поверхности папулы, напоминающее картину рас­тертого стеаринового пятна. Выявляется методом поскабливания.

2. Феномен «терминальной псориатической пленки» – при дальнейшем поскабливании поверхности папулы обна­жается сочная, гиперемированная поверхность.

3. Феномен «кровавой росы, или точечного кровотечения»—при еще дальнейшем поскабливании поверхности папулы появляются мелкие капельки крови в виде росы, не сливающиеся друг с дру­гом

Изоморфная реакция (феномен Кебнера) — при ме­ханическом повреждении эпидермиса, в частности, при расчесах, строго по ходу поврежденного эпидермиса появляются спустя 10—12 дней характерные для данного заболевания папулы. j

ПАРАПСОРИАЗ

Симптом облатки—чешуйки при парапсориазе сухие, сидят плотно, нередко при осто­рожном снятии не ломаются, отделяются целиком, имея при этом как бы вид облатки.

Симптом пурпуры- при методическом поскабливании высыпаний парапсориаза на их поверхности и вблизи нее на клинически здоровой коже возникают мельчайшие точечные кровоизлияния.

ЭРИТЕМАТОЗ.

Симптом Бенье-Мещерского— признак дискоидной красной волчанки: чешуйки сидят на папулах очень плотно и удаление их болезненно.

Симптом «дамского каблука» — при удалении, чешуек на их основании нередко обнаруживаются шипики и об­нажаются воронки устьев фолликулов. Является результатом фолликулярного гиперкератоза.

Красный плоский лйшай.

Сетка Уикхема— мелкая сетчатость или линии на поверхности папул в результа­те очагового гранулеза; легко выявляется при смазывании по­верхности этих узелков маслом или физиологическим раство­ром.

КРАПИВНИЦА.

 Уртикарный дермографизм (разновидность красного дермографизма)— в центре красной полосы через 1—2 мин. появляется белый возвышающийся валик, который держится довольно продолжительное время.

Проба на чувствительность к холоду— применяется с целью диагностики холодовой крапивницы пу­тем прикладывания кусочка льда к области бедра, плеча или ягодицы. У здоровых людей на месте приложения льда возникает побледнение, а вокруг него эритема (но не волдырь), проходящая через 15—30 мин. У больных холодовой крапив­ницей образуется большой волдырь.

Симптом Унны — окрашивание в более сочный красный цвет и набухание пятен при трении (полотенцем), крике само­го ребенка, приеме горячей ванны. Положителен при пигмент­ной крапивнице (из клеток освобождается гепарин и гистамин).

ПУЗЫРЧАТКА

Симптом Асбо-Ганзена — при надавливании на не вскрывшийся пузырь пальцем можно часто тотчас же обнаружить увеличение пузыря по периферии, т. к. жидкость отслаивает прилегающие участки эпидермиса. Он положителен при вульгарной пузырчатке, буллезном пемфигоиде, болезни Риттера, синдроме Лайелла, врожденном эпидермолизе.

Симптом груши — вид пузыря, принявшего такую фор­му при вульгарной пузырчатке, напоминает собой тонкий ре­зиновый мешок, наполненный жидкостью.

Симптом Никольского— проявляется в 3 вариан­тах:

а) если потянуть за обрывок покрышки пузыря, то происходит отслойка эпидермиса в виде ленты на -видимо здоровой коже (I степень);

б) трение на вид здоровой кожи или ее поскабливанне тупым предметом между пузырями или эрозиями также до­вольно легко приводит к отторжению-— «сдвиганию» верхних слоев эпидермиса (II степень);

в) при скользящем надавливании здоровых на вид участ­ков кожи, расположенных далеко от очагов поражения, также легко обнаруживается легкая травмируемость верхних слоев эпидермиса— появляется эрозия (III степень).

Герпетиформный дерматоз дюринга.

Проба Ядассона — появление новых патогномоничных для данно­го заболевания высыпаний (пузырей, пузырьков, пятен и т. д.) через 24—48 час при приеме внутрь 3—5% раствора калия или натрия йодида или нанесении на кожу пластыр­ным методом 50% калий-йодистой мази. Положительна проба при герпетиформном дерматозе Дюринга.

МИКОЗЫ

Йодная проба Бальцера —при смазы­вании кожи 5% спиртовым раствором йода или анилиновыми красителями пораженные участки, где роговой слой разрых­лен, окрашиваются более интенсивно, чем здоровые места, свободные от высыпаний. Положителен при разноцветном лишае.

Симптом Бенье (феномен стружки или удара ногтем) — при поскабливании пятен разноцветного лишая и парапсориатических папул в результате разрыхления рогового слоя верхние слои чешуек отслаиваются, и шелушение становится более явным.

Керион Цельса —выделение гноя из каждого фолликула в отдельности, напоминающее выделение мёда из медо­вых сот. Является симптомом инфильтративно-нагноительной трихофитии.

ТУБЕРКУЛЕЗНАЯ ВОЛЧАНКА.

Феномен яблочно­го желе—при диаскопии туберкулезного бугорка из рас­ширенных сосудов удаляется кровь; цвет бугорка из красного становится буро-желтым и напоминает яблочное желе, бугор­ки становятся полупрозрачными.

Феномен проваливания зонда —головка зонда при надавливании на очаг поражения проникает в бугорок ту­беркулезной волчанки, имеющей своеобразную мягкую, тестоватую консистенцию, обусловленную гибелью в бугорке коллагеновых и эластических волокон.

ВОЛОСЯНОЙ ЛИШАЙ ДЕВЕРЖИ.

 Симптом терки — типичное ощущение при волосяном лишае, получаемое при проведении ладонью по поверхности высыпаний.

СИФИЛИС.

Герксгеймера-Яриша-Лукашевича реакция — появляется через несколько часов после начала специфической терапии сифилиса, выражается повышением температуры, ярким покраснением и отеком эффлоресценций, увеличением их размеров и числа. В основе этой реакции лежит массовый выход эндотоксина из бледной трепонсмы в результате их распада.

Симптом Ядассона—признак вторичного сифилиса: при надавливании на сифилитическую папулу тупым предме­том больной испытывает острую боль.

Диагностический прием Синельникова — при­меняется для распознавания сифилитической розеолы. В ре­зультате внутривенного введения 3—5 мл 0,5% раствора нико­тиновой кислоты неясные до того пятна сифилитической розео­лы становятся более яркими и заметными в отличие от пятен мраморной кожи.

ГОНОРЕЯ

Двухстаканная проба Томпсона— применяется для топической диагностики при уретритах: при переднем уретрите моча мутная в первой порции, при тоталь­ном (заднем) — обе порции мочи мутные.

ДИАСКОПИЯ

(витропрессия) — осуществляется путем надавливания стеклянным шпателем или часовым стеклом на пораженный участок кожи, из которого изгоняется кровь.

Этот метод дает возможность отличить пятна воспалитель­ные от невоспалительных: воспалительные пятна под влия­нием давления бледнеют, а невоспалительные — почти не ме­няются в цвете.

Большую диагностическую ценность диаско­пия имеет при распознавании туберкулезной волчанки (симптом «яблочного желе»).

ПОСКАБЛИВАНИЕ.

 Эту специальную 'методику в прак­тической дерматологии используют при диагностике пораже­ний кожи, характеризующихся наличием чешуек и шелуше­ния.

Легким поскабливанием скальпелем, предметным стек­лом или ногтевой пластинкой указательного пальца опреде­ляют характер шелушения, повышенную ломкость капилля­ров сосочкового слоя дермы (точечные или разлитые кровоизлияния).

Поскабливанием определяются или вызываются псориатические феномены, симптомы Бенье и Бенье-Мещерского.

ДЕРМОГРАФИЗМ.

 Реакция сосудов кожи на механи­ческое раздражение, применяют для изучения состояния вегетативной нервной системы. Вызывается штриховым давле­нием шпателя небольшой силы на кожу. Свидетельствует о значительном функциональном нарушении центральной и ве­гетативной нервной системы (преобладании тонуса симпати­ческой иннервации).

Дермографизм бывает красным (при крапивнице, острой экземе, псориазе— в прогрессирующей стадии), рефлекторным (при поражении периферического нерва, задних корешков спинного мозга этот рефлекс вы­падает; свидетельствует о преобладании тонуса парасимпати­ческой нервной системы), белым (при преобладании тонуса симпатической нервной системы — нейродермите, почесухе).

МЫШЕЧНО-ВОЛОСКОВЫЙ РЕФЛЕКС

— “гусиная ко­жа”. Определяют проведением по коже холодным предметом.

Источник: http://RznGMU.ru/publ/dermatovenerologija/3-1-0-91

ПомощьКоже